Детско-юношеский теннисный центр имени Сергея Максимова.
 Пер.Челиева 13,
 e-mail:DUTCISM@mail.ru
   О нас      Какой он Новак Джокович?

Статья о Новаке Джоковиче из немецкого еженедельного политического журнала "Дер Шпигель". Она была опубликована в сороковом номере от 1 октября 2011 года


Новак Джокович был ребенком, когда в 1999 году НАТО бомбило Белград. Сербский теннисист, который не прекращал тренироваться и во время войны, стал первым номером мировой классификации и на свой Родине является символом возрождения страны.

Новак Джокович, лучший теннисист мира, хорошо помнит 22 мая 1999 - свой двенадцатый день рождения, хотя с того времени прошло уже полжизни. Не из-за подарков, а из-за бомб. «Я праздновал свой день рождения в теннисном клубе «Партизан», в спортивном клубе, в котором я вырос. Мои родители спели в честь меня песенку, время было около полудня, когда начался налет». вспоминает: «Вдруг завыли сирены, а потом в небе загудели бомбардировщики. Они летели прямо у меня над головой. Вдалеке загремели взрывы. Выключился свет», - он снова открыл глаза. - «Мне стало страшно».

На 60-й день военной операции НАТО против Сербии «Союзная сила» бомбардировкам подверглись электростанция "Белград-8" и угольная электростанция в пригороде Белграда "Велики-Црлени". «Это было ужасно», - рассказывает старший сын Дианы и Сржана.

У Новака бледное осунувшееся лицо, он сутулится. Всего 38 часов назад он прилетел из Нью-Йорка, где выиграл открытый чемпионат США – это его третья победа в турнирах из серии "Большого шлема" в этом году. В нынешнем сезоне он сыграл 66 матчей, из которых проиграл всего два. Он выпрямляется и начинает говорить громче: «Война сделала меня лучше, потому что я научился получать удовольствие от жизни и не принимать ничего как должное. Благодаря войне я стал лучше играть в теннис, потому что я поклялся доказать всему миру, что среди сербов есть хорошие люди».

Сербия и по сей день ассоциируется у многих с резней и общими могилами, исторической виной и упадком морали. Это страна, которой нужны победы. Это страна, которой нужны герои. Эта страна только и ждала такого человека, как Джокович. По всему Белграду висят плакаты, которые изображают его в позе чемпиона, в киосках продаются почтовые марки с его портретом, а его имя – на зажигалках, пакетах со сладостями, брелках. Детей уже не интересует футбол, ведь теперь, куда только ни глянь, они играют в теннис: на баскетбольных площадках, на парковках, у бетонных построек и оставшихся от войны развалин. Мальчишки носят такую же, как у него, стрижку ежиком, девочки носят его имя в своем сердце. По телевизору вечерами показывают документальные фильмы о его успехах, которые своей горделивой стилистикой напоминают пропаганду.

В июле Джокович выиграл Уимблдон, поднялся на первую ступень мировой классификации, и Сербия была буквально опьянена счастьем. От избытка чувств Президент Сербии даже предложил Джоковичу свой пост, в Белграде его встречали 100 000 болельщиков – с песнями, фейерверком и красно-сине-белыми флагами. Новак, конечно, посвятил свой кубок Родине. Он - лицо своей страны, символ ее возрождения.

Все началось с Елены Генчич, именно она открыла его талант. Вся ее гостиная до потолка уставлена книгами - стихи Пушкина и Есенина, в шкафах за стеклом стоят фарфоровые свинки, а на секретере лежит статья из газеты с фотографией Новака Джоковича.
«Этого мальчика нам послал Бог», - говорит Елена Генчич, вежливая женщина с короткими седыми волосами. «Новак делает для нашей страны больше, чем любой политик». В ее саду лают собаки. На следующей неделе ей исполняется 75, но каждый день Генчич по-прежнему идет на теннисный корт, чтобы тренировать детей. Больше 45 лет она проработала режиссером на TV, играла в сборной Югославии по гандболу и выступала за страну в теннисной команде в Кубке Федераций. Она открыла Монику Селеш. А в начале девяностых она познакомилась с Новаком Джоковичем.

Он тогда вместе с семьей отдыхал летом и зимой в Копаонике, горном курорте, который находится в 250 км к югу от Белграда. У родителей был спортивный магазин и пиццерия, которая существует и поныне. Она называется «Ред Бул». Беззаботное время. В 1993 году Новак впервые увидел теннис по телевизору. Уимблдон. Ему было 6 лет. Он зачарованно смотрел, как Пит Сампрас разгромил в финале Джима Курье. Напротив ресторана, на другой стороне улицы, за пару недель до того открыли три теннисных корта, и когда Елена Генчич начала вместе с детьми тренировать удары по мячу, Джокович с утра до вечера, не отрывая взгляда от корта, стоял у забора.

«Однажды я спросила его: Эй, мальчик, ты знаешь, чем мы занимаемся? Приходи к нам – будешь играть. На следующее утро он был тут как тут. Он принес с собой сумку, в ней были ракетка, полотенце, вода, банан, чистая рубашка и повязка на голову. Я ему говорю: “Какая твоя мама молодец”. Тогда он рассердился и сказал: “Это не она, а я. Это же я буду играть в теннис,  а не мама”. Он был необыкновенный ребенок». Елена показала ему, как держать ракетку, как двигаться, как подходить к мячу. «Через три дня я сказала ему привести родителей. Сказала им, что у них не ребенок, а золото. Я была убеждена, что к 17 годам он войдет в пятерку сильнейших теннисистов мира. Они не знали, что и думать».

Елена Генчич сидит на диване в гостиной и мечтательно улыбается. С того дня она проводила с ним интенсивные тренировки в «Партизане» в Белграде. Женщина объясняла ему, что он должен окрепнуть физически, чтобы сильнее бить по мячу, должен смелее принимать удары, а в перерывах они читали стихи или слушали Бетховена или Шопена. «Почти всему, что я знаю о теннисе, я обязан ей», - говорит Джокович, который до сих пор расслабляется, слушая классику. А потом началась эскалация конфликта с Косово, и 24 марта 1999 года НАТО совершило первый налет на Белград. Два дня и две ночи Новак с родителями и двумя братьями сидели в подвале многоэтажки, а потом всё-таки решили вернуться в свою квартиру на первом этаже. «Мы, простые люди, были совершенно беспомощны перед бомбами, - рассказывает Новак Джокович в подземелье "Белград-Арены", - мы решили, что будем просто жить дальше: чему быть, тому не миновать».
78 дней длились воздушные налеты, 28 000 бомб обрушилось на Югославию, но Джокович продолжал тренировки. Когда НАТО бомбило мосты над Дунаем, на следующий день он играл с Еленой Генчич в клубе, который находится на берегу реки. Когда бомбы падали в южной части города, районе Банжица, тогда они шли тренироваться туда, в клуб «Воздовач». «Мы рассудили, что они не будут бомбить один и тот же район дважды», - говорит Генчич. Ее сестра погибла от удара об стену взрывной волной. Через полгода после окончания военной операции она сказала Новаку, что больше ей нечему его учить – настолько он хорош. Поэтому она позвонила Ники Пиличу. Когда-то этот хорватский спортсмен был лучшим теннисистом Югославии, трижды под его руководством сборная Германии выигрывала Кубок Дэвиса. Пилич был в те годы владельцем теннисной академией в Обершлайсхайме. Елена Генчич попросила его взять к себе Новака. Интернат стоил дорого, Пилич предложил скидку, тем не менее и со скидкой пребывание в академии стоило пять тысяч марок в месяц. У родителей Джоковича не было таких денег. Сржан попробовал найти спонсоров, но никто не хотел заключать с ним сделку. В конце концов ему пришлось брать деньги в долг под огромные –10-15 –проценты. Сржан рискнул и поставил на кон все, что у него было. Если бы Новак не пробился в профессионалы, его семья бы разорилась.

Ники Пилич сидит в мюнхенском клубе «Ифитос», перед этим он проводил тренировку с девочкой из России, теперь он ждет, когда ему принесут спагетти. Он рассказывает, что колебался, стоит ли ему вообще принимать Новака в академию. «На Балканах тогда только закончилась война, я хорват, а он серб. Одного предложения бы хватило, чтобы вызвать серьезные проблемы. Но потом я подумал: моя жена – тоже сербка, да и Новак –парень приятный – попробуем». Пилич заставлял его часами тренировать подачу у стенки, чтобы усовершенствовать технику, целый год Новак работал с эспандером, чтобы увеличить подвижность лучезапястных суставов. «Новак очень хотел учиться, он почти с маниакальным упорством работал над собой». Четыре года Новак жил в Баварии. Зачастую он приходил на тренировки на 20 минут раньше. Однажды Пилич спросил его, почему он пришел так рано, и Новак ответил: «Я не хочу рисковать карьерой». 
Латыш Эрнест Гулбис, 47 номер мировой классификации, занимался в академии вместе с Джоковичем, был его близким другом. Вот что он говорит: «Новак был абсолютно уверен, что он станет лучшим. Каким был я в 16 лет? Меня с ним не сравнить. У меня было миллион вещей в голове. А Новак был таким сознательным, таким профессиональным». Пилич достал ему разрешение на участие, так называемую wild card, в четырех турнирах. В 2003 году он выиграл свои первые матчи в профессиональном туре, а через два года он стал самым молодым игроком в первой сотне.

В апреле 2005 произошло событие, о котором в семье Джоковича не любят вспоминать. Так как теннисная федерация Сербии не хотела оказывать поддержку Новаку, он собирался сменить гражданство, его мать вела переговоры с теннисной федерацией Великобритании. «В конце концов я решил этого не делать. Я рад тому, что я серб. Сербия - часть меня», - говорит Джокович сегодня. Между тем в Сербии он сейчас возведен в ранг национальных святынь. Он удостоен ордена Святого Саввы, высшей награды сербской православной церкви, потому что пожертвовал 100 000 долларов на сохранение исторических монастырей в Косово. По его словам, это самая важная награда, которая у него есть.

В отношении Косова он придерживается националистических позиций. Его отец, дядя и тетя родились в Косово, «это колыбель нашей семьи и всей сербской культуры». Его слово имеет вес, он в состоянии усмирять или воспламенять массы. После победы в открытом чемпионате Австралии в 2008 году Новак обратился с видео-посланием в Белград, где 150 000 его соотечественников протестовали против объявления независимости Косово. «Мы готовы защищать то, что принадлежит нам. Косово – это Сербия», - сказал он. Ночью демонстранты забросали камнями посольства Хорватии, Боснии и Германии, они также напали на американское посольство и устроили пожар. Это то, чего он хотел?
Джокович стоит в "Белград-Арене", сложив руки на груди. «Я не жалею о том, что сделал. Мы хотим справедливости, но нам ее не дождаться». С этими словами он выходит на корт, где команды представляют зрителям. Все тут же вскакивают со своих мест и с ликованием встречают своего любимца, глядя в его сторону или же на огромные мониторы, где мигает его лицо. Джокович машет рукой и смеется. Кубок Дэвиса в Сербии – это праздник патриотического подъема.
В декабре 2010 года Сербия впервые выиграла это командное соревнование. Новак говорит, что это событие стало для него пробуждением, потому что оно показало ему, чего может достичь его страна. До того момента Джокович был просто очень хорошим игроком, входил в пятерку лучших, но самые важные матчи зачастую проигрывал. Он начал тренироваться еще больше – и теперь его не сравнить ни с кем. У Джоковича новый тренер по физ.подготовке и новый консультант по вопросам питания, который изучал китайскую традиционную медицину. Он выяснил, что у Джоковича аллергия на глютен. Новак перестал есть все, что содержит пшеницу, рожь или овес, и начал двигаться с большей легкостью, стал более выносливым.

Его игра превосходна, потому что она объединяет в себе полные противоположности: концентрацию и упоение, спокойствие и одержимость. На корте он наполовину шпана, наполовину художник. Свои успехи он использует для того, чтобы выступить в роли посла своей страны. На американском телевидении он исполнил сербский народный танец. Джокович считает, что он должен содействовать развитию страны. Он стал основателем открытого сербского чемпионата по теннису "Сербия Опен", первого турнира АТР в стране, он построил теннисную академию, которая вскоре должна открыться. Его фирма «Фэмили спорт» уже вложила пять миллионов и собирается вложить еще пять. На него работает около ста человек, его дядя координирует все встречи. В офисе его отца на пятом этаже высотного здания висит картина, на которой Новак изображен с патриархом Павлом.

Скромности здесь не место. На Джоковича с надеждой устремлены взгляды всего народа. Третий игрок Сербии Янко Типсаревич, с татуировками на руках и спине, сидя за чашкой кофе, на полном серьезе рассказывает: «Новак приближает Сербию к Европе. Я ему всегда говорю: “Новак, еще одна победа и нас примут в ЕС”». 
В Белграде Джокович играет с аргентинцем Хуаном Мартином Дель Потро, при выполнении форхэнда его организм вдруг не выдерживает, и Джокович падает на корт. Искаженные в безмолвном крике лица зрителей на трибунах, испуганные взгляды. Врач оказывает ему помощь, но Джокович вынужден отказаться от продолжения борьбы: у него разрыв межреберной мышцы.

Он плачет, накрывшись полотенцем. Это всего лишь третье его поражение в 67 матчах. Но в конечном итоге Новак Джокович, спаситель Сербии, оказался все-таки обычным человеком.










ДЕТСКО-ЮНОШЕСКИЙ ТЕННИСНЫЙ ЦЕНТР имени СЕРГЕЯ МАКСИМОВА
 Пер. Челиева 13, e-mail : DUTCISM @mail.ru